Слоёной памяти пирог,
гиперболическое слово.
У неба свой священный долг –
основа праха, и где б ты ни был,
ты лишь гость,
и не загадывайте впрок,
пока кладбищенская радость
по каплям пьёт деревьев сок.
Незащищённые надгробья
молчанье осени хранят,
и это лишь души подобье.
Висят бессонные сады,
и в кандалах дубы звенят.
Что может быть надежды проще,
лишь можжевеловая роща
в оттенках варварской судьбы.
По затаённой тишине, аллее,
нет, тропинке долгой,
ты поднимаешься недолго
к воротам рая, и, ступая
по отрешённой мостовой,
ты жизнь свою мечтой считаешь,
и, сам того не понимая,
ты оживаешь в этой мгле,
и ключ от вечности вручаешь
всем согрешившим на земле.
Жизнь и трагическая смерть Василия Семёновича Стуса (1938–1985) служат суровым напоминанием о том, что репрессии…
Говоря о поэме «Стус», конечно же, можно было бы многое сказать о насыщенности текста образами.…
*** Город безумства и вдохновения, презирающий смерть. Где день - это вечность, а ночь -…
Бегство солнца с поля боя - странная любовь войны. Небо равнодушием молчания пишет прописью дождей…
Так и хочется сказать памяти: не так всё это было в детстве, не так, а…