В 1996 году Александром Коротко было написано это поистине провидческое стихотворение, почти на десять лет предвосхитившее появление Поэта и Художника со столетним временным промежутком под одной обложкой. Искусствовед Сергей Папета, автор предисловия к альбому «Транскрипция мысли», не зная о существовании этого стихотворения, тоже «угадал» этот феномен: «Рукописи не горят. Картины не исчезают. Художники не умирают. Они пребывают в ими же созданной действительности и время от времени делают друг другу визиты. Пересекая условные границы миров, рука Поэта, протянутая через столетия, находит ответ дружественной руки Художника. И Жизнь не исчезает ни на миг».
*** Робкое счастье в тени неудач. *** Радости печальное начало. *** Земных утех песочные часы.
*** Из всех объятий уходила ночь. *** Не подсматривай чужие сны. *** Оркестровая яма преисподней.
*** Кочевые набеги эпох. *** Лукавая местность. *** Провинциальная вечность.
*** Головокружение земли. *** Вселенной частная жизнь. *** Приходит время и всё теряет смысл.
Михаил Казас – художник начала ХХ века, родился в Крыму в интеллигентной, образованной караимской семье. Щедро и разносторонне одарённый природой, Михаил в шестнадцать лет поступил в Мюнхенскую Академию художеств, после окончания которой около года провёл в Париже. Вернувшись в Россию, молодой художник много и плодотворно работает – в Севастополе, Евпатории, во время путешествия по Закавказью, затем едет в Петербург. С началом войны Михаил Казас попадает в действующую армию, где служит в санитарных частях. При первой возможности он делает наброски батальных сцен, пишет этюды, портреты товарищей. Получив десятидневный отпуск, в начале 1918 года приезжает в Севастополь, и 23 февраля во время разгула красного террора в числе других русских офицеров Михаил Казас был расстрелян большевиками в возрасте 29 лет. Судьба его работ так же трагична, как его собственная: большинство полотен, хранившихся в доме Казасов, были уничтожены пожаром во время бомбёжки. Уцелели несколько крупных и около пятиста мелких работ художника. Большинство хранятся в Симферопольском художественном музее, лучшие из них включены в постоянную экспозицию.